Поиск репетиторов

Выберите предмет
Все рефераты » История » История Румынии XX века. Политика Чаушеску
Эффективная подготовка к экзаменам по ИсторииПодобрать репетитора

История Румынии XX века. Политика Чаушеску

Страница 1 из 4

История Румынии XX века. Политика Чаушеску

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.

Румыния государство на юго-востоке Европы, в бассейне нижнего Дуная. На востоке омывается Черным морем. Территория - 237,5 тыс. кв. км. Население - 23,2 млн. человек (1990 г) : 90 % - румыны, 6,9 % - венгры, 3,1 %- немцы, есть и представители других национальностей. Столица Бухарест (2,3 млн. жителей) . Государственный язык - румынский. Верующие преимущественно православные. Румыния состоит из 40 административных единиц уездов, самостоятельная административная единица - столица Бухарест.

Румыния президентская республика. Президентом Румынии в настоящее время является Ион Илиеску. Представительный орган, осуществляющий законодательную власть Национальное собрание, состоящее из двух палат: Сената и Собрания депутатов. Крупнейшей парламентской партией является Партия социальной демократии. Важнейшие оппозиционные партии объединены в Демократическую конвенцию.

Высшую судебную власть осуществляет Верховный суд. Кабинет министров - важнейший орган исполнительной власти.

В центральной и северной частях Румынии расположены горы Восточные и Южные Карпаты и Трансильванское плато, на западе - Западные Румынские горы, на юге Нижнедунайская равнина, на юго-востоке - плато Добруджа. Климат умеренный, континентальный. На равнинах средние температуры января от 0 до -5 градусов, июля от 20 до 23 градусов. В год выпадает 300-700 мм осадков (в горах до 1500 мм) . Главная река - Дунай. 27 % территории леса, главным образом в горах; на равнинах (большая часть их распахана) - степная и лесостепная растительность.

В I в. до н.э. - III в. н.э. населявшие территорию Румынии гето-дакийские племена вели борьбу с Римом. В начале II в. н.э. область расселения даков попала под господство Рима и была превращена в римскую провинцию Дакию. После ухода римлян (217) на территории Румынии оседали племена готов, гепидов, авар, в VI-VII веках поселились славяне. В XIV веке образовались феодальные государства Валахия и Молдова, попавшие в XVI веке под османское иго.

Румыния образовалась в 1859 году в результате объединения княжеств Молдовы и Валахии под властью одного избранного представительными собраниями господара Александра Кузы, который получил титул князя румынского. В 1866 году Куза был низложен, на престол избран принц Карл (из дома Гогенцоллернов) и введена новая конституция. В 1877 году Румыния заключила союз с Россией против Турции и провозгласила свою независимость. В 1881 году Румыния была провозглашена королевством.

Румыния участвовала во 2-й Балканской войне (1913) , в 1916 на стороне Антанты вступила в 1-ю мировую войну. В 1918 г. Румыния захватила Бессарабию и Северную Буковину, которые в 1940 г. она возвратила СССР.

В 1927 году король Кароль II был изгнан из страны. Королем стал его пятилетний сын Михай. В 1930 г. Кароль вернулся на родину, и Михай стал престолонаследником с титулом великого воеводы.

ГЛАВА 1.23 АВГУСТА 1944 ГОДА.

В предвоенные годы Румыния была отсталой аграрной страной. Основным занятием 3/4 населения было сельское хозяйство. Сельскохозяйственные продукты составляли значительную часть экспорта. Доходы от данного производства шли главным образом помещикам, владельцам огромных земельных площадей. Мелкие и средние крестьяне, опутанные долговой кабалой, разорялись. В деревне существовали феодальные пережитки.

Промышленность была слабо развита. По экономическому потенциалу Румыния отставала от западноевропейских стран почти на 100-150 лет. Значительных размеров достигали только добыча нефти, разработка леса и некоторые другие отрасли, интересовавшие иностранный капитал. По данным 1938 г., доля иностранного капитала в нефтяной промышленности составляла почти 92 %, в производстве электроэнергии и газа - 95 %, в металлургии - 74 %, в химической промышленности - 72 %, в деревообрабатывающей - 70 %. Многие отрасли промышленности использовали импортное сырье. Господствовавшие в экономике Румынии нефтяные монополии сотрудничали с гитлеровской Германией.

Германия при содействии румынской буржуазии и помещиков пре вращала Румынию в антисоветский плацдарм. Осенью 1940 г., после того как Северная Трансильвания решением Гитлера была передана Венгрии, Кароль вторично удалился в эмиграцию. Генерал Ион Антонеску стал премьер-министром страны по форме и диктатором по существу. Формально сохранялась парламентская монархия. 18-летний Михай стал монархической ширмой для военно-фашистской диктатуры Антонеску. Королевским указом Антонеску был присвоен титул "кондукэтора" - фюрера, вождя нации. В начале октября 1940 г. в Румынию были введены крупные соединения немецких войск.

22 июня 1941 г. румынский диктатор генерал Ион Антонеску отдал приказ войскам перейти границу по реке Прут и "разгромить врага на Востоке". Король Михай выразил ему признательность "за радость пережить дни славы предков". 1 июля началось форсирование Прута.

На первых порах вступление в войну пользовалось определенной поддержкой румынской общественности. Здесь, безусловно, сказалось отношение населения к событиям июня 1940 г., когда в состав Советского Союза вошли Бессарабия (оккупированная в 1918 г. румынскими войсками) и никогда не принадлежавшая России Северная Буковина. Против СССР Румыния выставила второй по численности после гитлеровского военный контингент. Ее армии воевали под Одессой, в Крыму, на Дону, в Сталинграде и на Северном Кавказе - сражались там и гибли. 15 ноября 1943 г. Антонеску, произведенный к тому времени в маршалы, свидетельствовал в письме Гитлеру: "В 1942 г. мы дали 26 дивизий с самым лучшим вооружением и послали на фронт почти всю тяжелую артиллерию. На Дону и под Сталинградом мы потеряли 18 дивизий, а остальные 8 дивизий были уничтожены на Кубани. Мы потеряли 250 тыс. человек и вооружение 24 дивизий. " К началу 1944 г. потери румынских войск на фронте достигли 660 тыс. человек.

Поражения рассеивали шовинистический угар. Страна, истощенная войной и обобранная гитлеровскими оккупантами, бедствовала. Нарастала оппозиция режиму Антонеску. В армии ширилось дезертирство. Рабочие бастовали. Крестьяне саботировали поставки продовольствия. Интеллигенция была обеспокоена судьбой родины, увлекаемой диктатором в пропасть. Лидеры формально распущенных, но продолжавших существовать "исторических партий" - национал- -либеральной (НЛП) и национал-царанистской (НЦП) , прежде безоговорочно поддерживавшие Антонеску, стали искать выход из тупика. Поначалу это проявилось в осуждении безбрежно-завоевательной программы (освоения так называемой Транснистрии, т.е. земель между Днестром и Бугом с центром в Одессе, и создания "Великой Румынии") и выдвижении "программы-минимум" (Бессарабия и Северная Буковина) . Позднее начался активный поиск выхода из надвигавшейся катастрофы путем договоренности с Великобританией и США.

Разгром и пленение румынских армий в Сталинграде, бегство с Северного Кавказа, поражение немецких войск в битве под Курском и Белгородом, выход из войны Италии - все эти события 1943 г. показывали, что час расплаты для румынских правителей близок.

Организатором сопротивления режиму Антонеску была Коммунистическая партия Румынии (КПР) , находившаяся в подполье. Заслуги коммунистов в патриотическом движении несомненны. КПР являлась единственной политической силой, с самого начала выступавшей против союза с гитлеризмом. Во второй половине 1943 г. по инициативе КПР возник Патриотический антигитлеровский фронт с участием нескольких демократических организаций. Лидеры национал-либеральной и национал-царанистской партий в него не вошли. Они уповали на то, что из войны удастся выйти с помощью Великобритании и США, возлагая при этом надежды на так называемый балканский вариант, выдвигавшийся английским премьер-министром Черчиллем. Последний, рассчитывая, что силы западных держав, врезавшись клином в континент, тем самым преградят Советской Армии путь как на Запад, так и на Балканы, выступил с идеей удара в "мягкое подбрюшье Европы". Но этот план не был реализован. Успехи советских войск летом - осенью 1943 г. были так велики, а вероятность для англо-американской экспедиции застрять на Балканах столь реальна, что возникла иная "угроза": как бы "красные" не добрались до Ла-Манша, пока англо-американцы распутывают балканские узлы. На союзной конференции в Тегеране (конец 1943 г.) были согласованы сроки открытия второго фронта во Франции.

Лидеры румынских "исторических партий" развернули лихорадочную активность по установлению контактов с западными союзниками СССР. Они направили своих эмиссаров в Анкару и Каир, производили зондажи в Мадриде и Стокгольме. Антонеску им не мешал и даже пытался подключиться к этим контактам. Соблюдая союзническую лояльность, дипломаты Англии и США советовали в ответ вступить в переговоры с правительством СССР.

27 марта 1944 года Советская Армия перешла румынскую границу. 2 апреля Советское правительство заявило: "Вступление советских войск в пределы Румынии диктуется исключительно военной необходимостью и продолжающимся сопротивлением войск противника" и "не преследует цели приобретения какой-либо части румынской территории или изменения существующего общественного строя". 12 апреля В. М. Молотов предал гласности следующее условие перемирия с Румынией, воспринятое в мире как великодушное: разрыв с гитлеровской Германией и совместная с антигитлеровской коалицией борьба против нее; восстановление довоенной советско-румынской границы; возмещение СССР убытков, причиненных ему действиями румынских войск и оккупацией; освобождение союзных военнопленных; обеспечение союзным войскам свободы передвижения по Румынии в соответствии с потребностями войны. В советском заявлении говорилось о возвращении Румынии Северной Трансильвании, которая осенью 1940 г. по решению Гитлера и Муссолини была передана Венгрии.

Антонеску отверг эти предложения и объявил, что переходит к тотальной войне. Но он уже не был хозяином положения в стране. В апреле 1944 г. коммунисты и социал-демократы достигли соглашения о создании Единого рабочего фронта. Тогда же 66 видных ученых, членов Академии и профессоров Бухарестского университета обратились к Антонеску с открытым письмом, призывая немедленно прекратить войну. В июне был образован Национально-демократический блок (коммунисты, социалисты, царанисты, либералы) , ставивший целью добиться выхода Румынии из войны и присоединения ее к Объединенным Нациям, устранения Антонеску и установления в стране конституционного демократического режима. Но согласия между участниками блока не было, лидеры НЛП и НЦП продолжали маневры, добиваясь сепаратного договора с западными державами и высадки в Румынию англо-американского десанта. В то же время они пытались подвигнуть Антонеску согласиться на перемирие.

Королевское окружение давно уже утратило веру в победу гитлеровской коалиции и занималось поисками выхода из тупика с сохранением института монархии и династии Гогенцоллернов на престоле. Еще в 1943 г. король начал зондировать почву, вступив через приближенных в контакт с реально или потенциально оппозиционными диктаторскому режиму кругами.

Критический момент наступил в августе 1944 года. 20 августа прорывом войск 2-го Украинского фронта началась Ясско-Кишиневская операция ("Ясско-Кишиневские Канны") против 900-тысячной группировки противника (25 немецких и 22 румынских дивизии) .

Руководители четырех партий установили контакт с королем. Одновременно они поддерживали отношения с СССР в целях подписания перемирия через г-на Штирбея в Каире и посла Советского Союза в Стокгольме Александру Коллонтай.

Было решено, что генерал Аурел Алдя поедет в Москву с полномочиями от короля и Национально-демократического блока с целью заключить перемирие. Однако возникшие трудности военного и технического характера воспрепятствовали выполнению миссии генерала Алдя. Тем не менее, по специальным дипломатическим каналам союзники были проинформированы о состоянии духа румын, о решении партий, короля и вооруженных сил.

И все-таки выход из числа сателлитов "оси" и присоединение к коалиции задерживались, поскольку маршал Антонеску, вернувшийся с фронта, почувствовал: что-то готовится. Хотя партии действовали в обстановке секретности, вся страна знала, что события стремительно приближаются к роковой развязке. Диктатор начал предпринимать всяческие меры противодействия тому, что, как он подозревал, должно произойти.

Чтобы помешать ему принять решительные меры, союзники решили ускорить государственный переворот.

После того, как была достигнута договоренность о дате и способах совершения государственного переворота, была сделана последняя попытка склонить маршала Антонеску самого заключить перемирие. Вечером 22 августа блок четырех партий попросил Иона Михалаке, поддерживавшего личные отношения с Антонеску, постараться убедить маршала в том, что интересы страны требуют прекращения всяких отношений с гитлеровской Германией, вывода из Румынии немецких военных соединений и заключения мира. С этой целью маршалу предлагалось попросить перемирия.

Через Михалаке Ион Антонеску передал, что понимает сложность ситуации, но попросил один день отсрочки на размышления. Позднее было установлено, что он хотел испросить разрешения немцев.

На следующий день, 23 августа, утром, собравшись в доме одного из руководителей национал-либералов Дину Брэтиану, все представители партий, за исключением руководителя коммунистов Лукрециу Пэтрэшкану, преследуемого полицией, попросили Джордже Брэтиану сделать последнюю попытку договориться с маршалом от имени блока четырех партий: срочно поехать в Снагов и потребовать ясного ответа на предложение, сделанное Ионом Михалаке, - либо "да", либо "нет".

Маршал колебался. От имени лидеров четырех партий Джордже Брэтиану навел его на мысль немедленно явиться во дворец для обсуждения всей совокупности вопросов с королем.

Ион Антонеску согласился. Около четырех часов дня он явился к королю вместе со своим однофамильцем, вице-премьером и министром иностранных дел Михаем Антонеску. Произошел бурный разговор. Маршал настаивал на том, чтобы испросить согласия немцев на заключение Румынией перемирия. Перед лицом такого слепого упрямства король объявил обоих Антонеску арестованными. Это произошло с предварительного согласия Демократического блока.

Немедленно вслед за этим во дворец были вызваны и также арестованы генералы Василиу, заместитель государственного секретаря по внутренним делам, и Пантази, военный министр.

Через четверть часа члены нового правительства были утверждены в должности; государственный переворот был закончен. Все было сделано таким образом, что гестапо ничего не знала.

В десять часов вечера по радио передали воззвание короля, а также закон-декрет об амнистии. Так вся страна узнала о произошедшей перемене. На Дворцовой площади начали собираться тысячи жителей столицы, выражавшие энтузиазм и радость по поводу случившегося.

Король Михай объявил о прекращении военных действий. Эта акция короля имела огромное значение: по конституции он являлся верховным главнокомандующим вооруженных сил страны, и поэтому армия безоговорочно выполнила приказ о прекращении огня. Ни одно воинское подразделение не выступило на защиту свергнутого диктатора.

Но было необходимо обсудить условия вывода немецких войск из страны таким образом, чтобы не пострадало население. Во дворец были вызваны полномочный посол Германии барон Манфред фон Киллингер и командующие немецкими войсками в Румынии генералы Хансен и Герстенберг. Их поставили в известность, что Румыния порвала связи с "осью" и перешла на сторону антигитлеровской коалиции и что немецкие войска смогут беспрепятственно уйти из страны, не будучи разоруженными, при условии, если высшее немецкое командование отдаст приказ о мирном отступлении. Генерал Хансен дал честное слово, что выполнит эти условия. Барон фон Киллингер вел себя нагло, но был вынужден смириться с реальностью. Тем не менее, на следующий день столица подверглась ожесточенной бомбардировке. Честное слово немецкого генерала было грубо нарушено, а жители Бухареста пережили три дня и три ночи чудовищного обстрела с огромным числом жертв и материальным ущербом.

В Румынии оценка 23 августа 1944 г. зависела от политической конъюнктуры. Вначале фигурировал термин "исторический акт", затем - "восстание", "национальное восстание", "антифашистское национальное вооруженное восстание". 23 августа объявлялось "днем освобождения Румынии Советской Армией от фашистского гнета". В 1969 г. была выпущена медаль в честь "25-летия освобождения Родины". В последние годы диктатуры клана Чаушеску 23 августа стало считаться началом "антифашистской и антиимпериалистической революции социального и национального освобождения". Брат диктатора генерал Илие Чаушеску "со товарищи" выпустил книгу и множество статей, доказывая, что участие Румынии в антигитлеровской войне с осени 1944 г. сократило продолжительность этой войны ровно на 208 дней (ни днем больше, ни днем меньше) . Сейчас румынские историки оценивают 23 августа 1944 г. или как "день национального предательства", или как "исторический спасительный акт короля и исторических партий".

ГЛАВА 2. РОЖДЕНИЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РУМЫНИИ.

23 августа 1944 г. диктатура Антонеску была свергнута. Это явилось историческим событием в жизни румынского народа. В стране началась революция, в ходе которой была установлена диктатура пролетариата. Румыния повернула оружие против гитлеровской Германии. На заключительном этапе Румыния сражалась вместе с Советским Союзом до полного разгрома фашизма; румынские войска участвовали в освобождении Венгрии и Чехословакии. Урон, причиненный во время второй мировой войны, и военные расходы составили более 1 млрд. долларов.

Силы, противодействовавшие революции, сплотились вокруг королевского двора и буржуазных партий (национал-либеральной и национал-царанистской) .

Румынская компартия в довоенный период была расколота на 2 крыла: "национальное" (Георге Георгиу-Деж, Георге Апостол, Лукрециу Пэтрэшкану) и "московское", состоящее в основном из работников Коминтерна (Ана Паукер, Василе Лука, Иосиф Кишиневский) . До 23 августа 1944 г. вся РКП насчитывала менее 1000 членов. Прибывшая в Румынию Ана Паукер в те бурные дни выразила убежденность, что компартия вскоре станет правящей в стране, а в ответ на удивление собеседника заявила: "Во время отдыха Советской Армии в Румынии партия увеличит свои ряды на тысячи и десятки тысяч человек. " Она, по-видимому, знала, что говорила: уже к концу 1947 г. РКП выросла до 803831 человека. Реальная власть в партийном руководстве принадлежала поначалу "московской" фракции, хотя из тактических соображений Сталин выдвинул на первый план "национал-коммуниста" Дежа.

Компартия выступила организатором Национально-демократического фронта, в который вошли социал-демократическая партия, "Фронт земледельцев", единые профсоюзы и некоторые другие организации. 6 марта 1945 г. было создано первое демократическое правительство во главе с видным политическим деятелем Петру Гроза, приступившее к глубоким демократическим преобразованиям, в том числе аграрной реформе (март 1945 г.) . На первых послевоенных парламентских выборах (ноябрь 1946 г.) блок демократических партий во главе с коммунистами одержал решительную победу над "историческими партиями" национал-либеральной и национал-царанистской. По требованию народа 30 декабря 1947 г. король Михай был вынужден отречься от престола, решением парламента страна была провозглашена народной республикой. Переход к социалистическому этапу был осуществлен сравнительно мирным путем.

Политическим событием большой важности явилось объединение коммунистической и социал-демократической партий и создание на съезде (февраль 1948 г.) единой Румынской рабочей партии. В начале 1948 г. были образованы высшие и местные органы государственной власти - Великое национальное собрание и народные советы. 13 апреля 1948 г. была принята новая конституция.

На первой послевоенной национальной конференции (октябрь 1945 г.) началась разработка румынского варианта административно-командной системы экономических и общественных отношений. Суть этой системы - копирование сталинской "модели" общественного развития. В дальнейшем к этому добавился откровенный национализм.

Болезнь Сталина и развязанная им в 50-е гг. антисемитская кампания способствовали падению престижа "коминтерновцев" в РКП. В 1952 г. "фракционная группа" А. Паукер и В. Луки была окончательно устранена с пути, а в июне этого же года был сформирован новый секретариат ЦК РКП, где преобладали представители национального крыла. Руководителем страны стал Георге Георгиу-Деж. Впервые в партийную элиту вошел Николае Чаушеску.

Советский Союз выступил защитником национального суверенитета Румынии и ее позиций на мировой арене. В соглашении о перемирии с Румынией, подписанном СССР от имени союзников еще 12 сентября 1944 г. в Москве, Советское правительство исходило из безусловного признания независимости и суверенитета страны. СССР первым признал народно-демократическое правительство Румынии и установил с ним 6 августа 1945 г. дипломатические отношения.

Благодаря твердой позиции СССР мирный договор, подписанный в феврале 1947 г. в Париже, не затронул независимости Румынии. 14 декабря 1955 г. Румыния вступила в ООН.

Экономическое сотрудничество с Советским Союзом и другими социалистическими странами сыграло важную роль в укреплении на родного хозяйства Румынии. 8 мая 1945 г. правительства СССР и Румынии подписали соглашения об экономическом сотрудничестве и товарообмене, что способствовало решению проблем послевоенного возрождения румынской промышленности.

В тяжелые годы хозяйственной разрухи, усугубленной двухлетней засухой 1945-1946 гг., Советский Союз предоставил Румынии 400 тыс. т. зерна. Поставки сырья (железной руды, кокса, хлопка) из СССР позволили наладить работу целого ряда отраслей румынской промышленности.

Советско-румынский Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи был подписан 4 февраля 1948 г. в Москве. Аналогичные договоры были заключены Румынией с Болгарией - 16 января 1948 г., Венгрией - 24 января 1948 г., Чехословакией - 21 июля 1948 г., Польшей - 26 января 1949 г.

В январе 1949 г. Румыния вместе с СССР и другими социалистическими странами приняла участие в создании Совета Экономической Взаимопомощи, а в мае 1955 г. подписала в Варшаве вместе с ними Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи.

Капиталистические страны объявили экономический и политический бойкот молодой республике, стремились к ее изоляции на мировой арене, препятствовали принятию Румынии в Организацию Объединенных наций.

К этому моменту государство владело ограниченным сектором в экономике (20 % предприятий черной металлургии и 30 % металлообрабатывающей промышленности, Национальный банк, несколько ферм в сельском хозяйстве) . Законом от 11 июня 1948 г. были национализированы основные средства производства, экспроприирована собственность промышленной и финансовой буржуазии, иностранных предпринимателей. Совершился переход к развитию экономики на плановой основе.

С начала 1950-х годов в Румынии был взят курс на развитие тяжелой промышленности, проходивший на экстенсивной основе, преимущественно за счет перелива средств из сельского хозяйства, где по сталинской схеме, хотя и с меньшими потерями, - в 1962 г. была завершена "сплошная коллективизация".

В 50-е годы, используя материальную помощь и кредиты СССР, ГДР, Чехословакии, румынское руководство добилось прогресса в экономическом развитии страны. Был реконструирован или построен заново ряд крупных промышленных предприятий. Г. Георгиу-Деж последовательно придерживался сталинской модели форсированного развития, создания в стране многоотраслевой экономики, базировавшейся на неперспективных, с точки зрения научно-технического прогресса, отраслях тяжелой промышленности.

По мере утверждения командно-административной системы в Румынии и особенно после ХХ съезда КПСС в стране стал возрождаться национализм. Отчасти это было вызвано желанием поставить предел слишком уж рьяным попыткам вмешательства советских руководителей во внутренние дела страны. Кроме того, когда лидерам коммунистов стало ясно, что опираться исключительно на Советскую Армию неблагоразумно, они решили обрести прочную социальную базу внутри страны. Из двух возможных путей построения потребительского "гуляш-социализма" или утверждения безудержного национализма - румынские руководители выбрали второй.

После смерти Сталина советско-румынские разногласия обостряются. В ходе "десталинизации" Хрущев пытался сменить лидеров в восточноевропейских странах-сателлитах. Деж принимает ответные меры: казнит единственного соперника - Л. Пэтрэшкану, навесив ему ярлык "агента империализма".

На V|| съезде РКП в 1955 г. впервые говорится о "румынском пути к социализму". К концу своей жизни Георгиу-Деж сумел добиться для Румынии более автономного положения в "социалистическом содружестве". В конце 50-х годов из страны были выведены части Советской Армии.

В 1964 г. в советском журнале "Экономическая жизнь" была опубликована статья некоего Валева, в которой излагался план "межгосударственного экономического комплекса в зоне нижнего Дуная". Эта сугубо академическая публикация дала румынскому руководству повод для резкой отповеди и последующего развязывания националистической кампании. Ее закреплением стала принятая на апрельском (1964 г.) Пленуме ЦК Румынской рабочей партии "Декларация о независимости". После этого румынское руководство заняло особые позиции в Совете экономической взаимопомощи (СЭВ) и в Организации Варшавского Договора (ОВД) .

21 августа 1965 г. была принята новая конституция, провозгласившая страну Социалистической Республикой Румынией.

ГЛАВА 3. НОВЫЙ КОНДУКЭТОР.

В 1965 г. Деж внезапно умирает, и начинается борьба за "кафтан" генсека. Поднаторевшие в политических интригах "бароны", которые схлестнулись у гроба Дежа, боялись друг друга и поэтому сошлись на безобидной, всех устраивающей кандидатуре Н. Чаушеску. Они рассчитывали, что он станет послушной марионеткой в их руках и рассматривали его назначение как временное. Официально выдвижение Чаушеску объясняли тем, что неизлечимо больной Георгиу-Деж сам назначил его своим преемником.

В интервью 4 января 1990 г. Свободному румынскому телевидению И. Г. Маурер, бывший в 1965 г. премьер-министром, заявил: "Ошибку назначить Чаушеску Генеральным секретарем совершил я". Выдвигалось и другое предложение - избрать на этот пост Г. Апостола, но оно не прошло из-за "противодействия министра внутренних дел А. Дрэгича и скрытой оппозиции Н. Чаушеску". По словам Маурера, члены румынского руководства опасались, что в случае, если в стране начнется открытая борьба за власть, в страну под этим предлогом могут быть вновь введены советские войска. Чаушеску казался тогда Мауреру человеком хотя и недостаточно образованным, но "с большим желанием учиться, следовательно, человеком с открытым умом, который слушает и пытается понимать".

Николае Чаушеску родился 26 января 1918 г. в селе Скорничешти уезда Олт. Он был одним из десяти детей крестьянина Андруце. Закончив начальную школу, он впервые приехал в столицу и начал работать подмастерьем сапожника. Тогда ему было 11 лет.

15-ти лет Николае вступил в Союз коммунистической молодежи. Большую часть своего времени он стал проводить на уличных демонстрациях. Впервые он был захвачен полицией в 1933 г., а затем аресты следовали один за другим.

Ему удалось преодолеть врожденный дефект речи. Мешала, однако, нехватка образования. Николае с трудом формулировал свои мысли.

Практически все военные годы он провел в тюрьме. В его лагере коммунисты были сгруппированы в бараке номер 8, где старостой был лидер компартии Г. Георгиу-Деж. Чаушеску исполнял при нем роль денщика или адъютанта. Это позволило Чаушеску войти в доверие к "первому коммунисту страны", приблизиться к кругу партийных "баронов" и впервые прикоснуться к реальной борьбе за власть.

Незадолго до восстания 23 августа 1944 г. 26-летний Чаушеску вышел на свободу. Сразу же он становится генсеком СКМ (румынского комсомола) . На национальной конференции РКП в октябре 1945 г. его избирают в состав ЦК партии, а еще через год - депутатом парламента. С 1948 г. он - заместитель министра сельского хозяйства, а с 1950 г. - заместитель министра национальной обороны в чине генерал-лейтенанта, начальник высшего политического управления. Перед этим он закончил 8-месячные курсы в Академии имени М. Фрунзе в Москве.

Чаушеску угодничал перед начальством, был надменен и груб с подчиненными. В 1952 г. он стал секретарем ЦК РКП. В 1955 г. он занял ключевой пост члена Политбюро, отвечающего за кадровые вопросы. После смерти Г. Георгиу-Дежа он стал генеральным секретарем РКП.

Чаушеску сполна использовал свой шанс. Либеральной политикой он привлек на свою сторону интеллигенцию, а националистической - широкие массы населения. В 1967 г. к нему переходит и пост председателя Государственного Совета.

В международных делах Чаушеску продолжил и развил политику своего предшественника. При этом его политический курс стал более вызывающим, рассчитанным на привлечение внимания и симпатий мировой общественности. В результате на протяжении по крайней мере полутора десятилетий на Западе считали, что Чаушеску "успешно противостоит давлению Москвы".

В 1968 году внимание всего мира было приковано к Чехословакии, где руководство во главе с Александром Дубчеком приступило к демонтажу государственного контроля и либеральным реформам.

С точки зрения достигнутой независимости румынский лидер видимым образом обгонял чехословацкого, поскольку к августу 1968 года он более решительно (или, по крайней мере, более демонстративно) порвал с Советским Союзом, нежели Дубчек. Советские войска не ступали на румынскую землю с 1958 года; румынские вооруженные силы бойкотировали военные учения Варшавского пакта, и среди стран-участниц Варшавского Договора Румыния оказалась своего рода парией, ее даже перестали приглашать на важные межправительственные совещания. В отличие от Чехословакии, Румыния к тому же была менее расположена поддерживать международную политику СССР, о чем свидетельствует протокол голосования в ООН; она также осмелилась, невзирая на ярость Москвы, установить "нормальные" отношения с враждебным Советскому Союзу китайским руководством. Визит де Голля в Румынию в мае 1968 года и широко разрекламированный визит Чаушеску к Тито в Югославию свидетельствовали о том, что внутри Варшавского пакта существует страна, намеренная сохранить свое лицо и идти своим путем.

Брежнев, однако, гораздо больше был озабочен Дубчеком, нежели Чаушеску, поскольку последний не собирался сотрясать основы марксизма-ленинизма. Дубчек же, напротив, покушался на святая святых системы. Во внутренних делах Румыния оставалась столь же ортодоксальной, как и Советский Союз, за одним, правда, исключением: Чаушеску неоднократно подчеркивал, что он поддерживает "новые веяния" в Чехословакии. Выступая перед рабочими в Галаце, он заявил, что румынская компартия "не разделяет взгляды тех, кто испытывает тревогу в связи с событиями в Чехословакии".

Он всячески демонстрировал (чего не делал Дубчек) решимость Румынии дать отпор советской интервенции. В речи, обращенной к рабочим-партийцам и выпускникам военных училищ, Чаушеску позволил себе вызывающие намеки: "Нет и не может быть никаких оправданий для чьих-либо попыток осуществить вооруженное вмешательство во внутренние дела любой из социалистических стран-участниц Варшавского Договора". Два дня спустя, 16 августа, он полетел в Прагу и подписал с Дубчеком "Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи". Договор не давал ответа на важнейший вопрос: окажет ли Румыния вооруженную помощь в случае нападения на Чехословакию? Будучи в Праге, Чаушеску охарактеризовал договор исключительно как результат совместных усилий, направленных "против агрессивной политики империалистических кругов", что, однако, мало кого ввело в заблуждение. По возвращении в Румынию, буквально накануне вторжения СССР в ЧССР, он заверил рабочих автомобильного завода, что "судьба чехословацкого народа в надежных руках". "В лице чешского народа, - сказал он, - мы видим прекрасного друга в нашей общей борьбе за социализм. " На следующий день советские войска вместе с символическими частями болгарской, восточногерманской и польской армий пересекли границу Чехословакии. Дубчек и его соратники были схвачены и силой привезены в СССР.

Разумеется, Чаушеску не мог не предвидеть подобного поворота событий; к его чести надо сказать, что и здесь он не отступил. 21 августа во время внушительного митинга на Дворцовой площади он заявил взбудораженной, оживленной толпе, что вторжение СССР в Чехословакию - "это колоссальная ошибка, серьезная угроза миру в Европе и судьбе социализма, постыдное пятно в истории революционного движения". "Нет и не может быть оправдания военному вмешательству во внутренние дела братского социалистического государства, - добавил он, - никто извне не имеет права указывать, каков должен быть путь социалистического строительства в каждой отдельной стране". На защиту независимости "нашей социалистической отчизны", объявил Чаушеску, он призывает бросить силы "вооруженной национальной гвардии, состоящей из рабочих, крестьян и интеллигенции".

Благодаря своей принципиальной позиции по этому вопросу Чаушеску буквально в одночасье стал не только национальным героем, но и политической звездой мировой величины.

Его публичное выступление 21 августа 1968 г. с резким осуждением ввода войск ОВД в Чехословакию надолго закрепило на Западе мнение о нем как о "диссиденте в социалистическом лагере". Его обращение к участникам многотысячного митинга в Бухаресте было безоговорочно поддержано народом и снискало ему широкую популярность в стране и за рубежом. На Западе этот шаг Чаушеску был воспринят с пониманием, ибо выстраивался в один ряд с особой позицией Румынии в отношении ближневосточного конфликта 1967 г., а также с сепаратным, без учета интересов союзников по Варшавскому Договору, установлением дипломатических отношений между Румынией и ФРГ.

Сохранение после июньской войны 1967 г. на Ближнем Востоке дипломатических отношений с Израилем стало впоследствии главным аргументом при решении конгрессом США вопроса о предоставлении Румынии режима наибольшего благоприятствования в торговле. Позиция Запада не была поколеблена даже тем, что Чаушеску в самый разгар "культурной революции" в Китае поддерживал отношения с ним, объясняя это "необходимостью совместной защиты от советской угрозы". Отношение Запада к Чаушеску изменилось лишь в начале 1980-х гг., когда он первым из руководителей восточноевропейских стран "заклеймил" развитие событий в Польше.

Причина, заставившая Чаушеску осудить советскую интервенцию и поддержать Дубчека, заключалась в том, что в глубине души он знал: рано или поздно его собственное "диссидентство" может спровоцировать Советский Союз на вторжение в Румынию. Таким образом, скорее сама идея советской интервенции, нежели ее конкретная причина, заставила Чаушеску так бурно отреагировать.

Западные советологи поставили Дубчека и Чаушеску в один ряд. Их сходство всячески подчеркивалось (как оказалось впоследствии, абсолютно неправомерно) , а все различия в их характерах и методах руководства игнорировались. Во время августовских событий 1968 года Чаушеску вел усиленную подготовку по ликвидации остатков коллективного руководства РКП и дискредитации соратников Георгиу-Дежа - старой гвардии, представлявшей, по его мнению, серьезную угрозу его авторитету и амбициям. Западу же был важен только тот факт, что и Дубчек, и Чаушеску стремятся покончить со статусом сателлитов.

Запад же не замедлил откликнуться на поведение Чаушеску в августе 1968. Еще в дни оккупации Чехословакии его посетил Майкл Стюарт, министр иностранных дел Великобритании, и хотя МИД Великобритании неизменно подчеркивало, что речь идет исключительно об англо-румынских экономических связях, всем было очевидно, что таким образом британское правительство хотело выразить уважение и поддержку независимой позиции Чаушеску.

Его истинный триумф, однако, состоялся год спустя, когда Румынию посетил Ричард Никсон. Это был первый визит Никсона в коммунистические страны в качестве президента США. Он, правда, уже однажды (в 1967 году) нанес "частный визит" в Румынию (где ему был оказан прием, по протоколу полагающийся только главе государства) и еще тогда выразил свое благожелательное отношение к Чаушеску. Визит Никсона задал тон: с августа 1968 года Румынию стало модно посещать.

Став генеральным секретарем, Чаушеску вскоре завел практику приглашать в Румынию выдающихся политических деятелей, тщательно при этом выбирая гостей и с большим стратегическим искусством организуя их пребывание в стране. Он инстинктивно останавливался на тех, кто мог впоследствии быть ему полезен, хотя с течением времени он обнаруживал все большую склонность к руководителям любого рода. Это был мудрый шаг, ибо в кильватере подобных визитов всегда оказывалась группа журналистов, готовых представить "румынский путь" в самом благоприятном свете. Гостеприимство Чаушеску не только принесло ему широкую известность за рубежом, но и дало новый повод и без того раболепной партийной прессе для прославления его величия. Визиты Вилли Брандта, де Голля и Никсона были широко разрекламированы во всей румынской печати. Еще более пристальное внимание уделили румынские средства массовой информации поездке Чаушеску в Югославию, ибо в 1968 году все еще Тито, а не Чаушеску, был самым известным, самым признанным "антисоветским" диссидентом-коммунистом, не побоявшимся дать отпор всесильному Сталину в далеком 1947 году.

Чаушеску стал проявлять особый интерес к "третьему", неприсоединившемуся миру. Перед руководством этих стран он старался не козырять коммунистической идеологией, а разыгрывать роль лидера нейтральной страны. Он начал развивать идею о том, что Румыния гораздо лучше, нежели прочие государства восточноевропейского блока, понимает нужды третьего мира, поскольку она сама стоит перед теми же проблемами - экономическим отставанием и грядущей индустриализацией. Таким образом, полагал Чаушеску, страны третьего мира охотнее пойдут на деловой контакт с Румынией, чем с другими соцстранами, и румынским специалистам будет обеспечен более теплый прием. Подобный маневр, по крайней мере вначале, оказался на редкость успешным.

Другим объектом его неусыпных забот (порожденных маниакальным стремлением выбиться в лидеры международного масштаба) стал Ближний Восток. После 1967 года израильское посольство внутри коммунистического блока сохранилось только в Румынии, что легко объяснялось честолюбивыми притязаниями Чаушеску на роль посредника между Советским Союзом и Израилем. Эта забота, первоначально продиктованная вполне естественным желанием внести свой посильный вклад в урегулирование конфликта, в дальнейшем превратилась в средство достижения тайной амбициозной мечты стать лауреатом Нобелевской премии мира. С этой целью высокие румынские инстанции год за годом упорно осаждали Нобелевский комитет в Осло, и в газетах часто появлялись сообщения о "выдвижении" Чаушеску на премию.

После инцидента с Чехословакией в течение ряда лет Чаушеску в глазах Запада числился рыцарем без страха и упрека. Истинную суть его натуры западные лидеры прозрели значительно позже, нежели сами румыны. В 1978 году, когда Румыния была самой тоталитарной страной в самом восточном блоке, Чаушеску все еще сочли достойным приглашения в Букингемский дворец в качестве личного гостя королевы Елизаветы. В 1983 году Джордж Буш (в то время вице-президент) по-прежнему называл его "хорошим коммунистом". Симпатии США к Чаушеску несказанно усилились после его решения игнорировать бойкот Олимпийских игр 1984 года.

В действительности самое недвусмысленное намерение стать вторым румынским кондукэтором Чаушеску обнаружил по прошествии всего трех дней после отъезда президента Никсона. 6 августа 1969 года состоялся Х съезд Румынской коммунистической партии, и, не дожидаясь его конца, Чаушеску изменил устав: отныне генеральный секретарь переизбирался не Центральным комитетом, а делегатами съезда, органа не в пример более послушного. Перерыв между съездами увеличивался с четырех до пяти лет. Августовский съезд положил конец и любой потенциальной угрозе со стороны старой гвардии Георгиу-Дежа - ни Апостол, ни Стойка не были вновь избраны в ЦК. Невиданное доселе неистовое идолопоклонство, впервые продемонстрированное съездом по отношению к Чаушеску (что он сам воспринял как должное) тоже не предвещало ничего хорошего. Несколько сотен делегатов в едином порыве вскакивали с мест и подолгу аплодировали ему, беспрестанно скандируя: "Чаушеску - народ". На съезде он добавил еще один титул к растущему реестру своих заслуг: он стал председателем Национального совета Фронта демократии и социалистического единства, а вскоре, 14 марта 1969 года, приобрел еще два - председатель Совета обороны и Верховный главнокомандующий вооруженными силами. Культ личности развивался по знакомой схеме. В газете "Скынтейя" стали появляться подробные описания жизни нового кондукэтора в его собственном изложении: "Будучи крестьянским сыном, я изведал гнет помещиков, а с одиннадцати лет и капиталистическую эксплуатацию". Среди прочих славословий в адрес Чаушеску, изобилующих на страницах "Скынтейи", фигурировал также и "большой теоретический и практический вклад в развитие и обогащение политической науки". Увы, он очень быстро поверил этим подхалимским глупостям и к 1970 году уже стал видимым образом терять связь с действительностью. "Люди вроде меня, - заявил он в начале 70-х годов министру здравоохранения, - появляются раз в пятьсот лет". Под руководством Чаушеску, сообщалось в одной из статей, румынская экономика "достигла такой степени развития, что вызвала восхищение всего мира".

Последнего соперника - И. Г. Маурера Чаушеску убрал с политической арены в 1974 г. Предметом спора были степень централизации управления, а также темпы и масштабы индустриализации. Победил в этом споре Чаушеску. В марте того же года Чаушеску принимает присягу президента Румынии. Начинается эпоха культа личности. Еженедельно президент выступает на многотысячных митингах с речами, на руководителей всех звеньев обрушивается лавина "ценных указаний".

ГЛАВА 4. ЭКОНОМИКА "ЗОЛОТОЙ ЭПОХИ" ЧАУШЕСКУ.

Приговор, вынесенный мировой демократической прессой "золотой эпохе" румынского кондукэтора, предельно краток: геноцид собственного народа. Конечно, все это было - и голод, и холод, и отсутствие необходимых медикаментов, и высокий уровень детской смертности. И это ужасно, потому что гибли слабые, старики и дети. Но, расцвечивая все это яркими красками, пресса как- -то обходит стороной первопричину - выплату внешнего долга западным странам. Я попытаюсь поглубже разобраться в истоках "непопулистской" внутренней политики Румынии 70-80-х годов.

Общее ослабление социалистической системы в начале 1970-х годов заставило развитый Запад перейти от обременительной "холодной" войны к войне более страшной экономической, войне долгов и кредитов. Так военное противостояние двух систем сменилось грандиозным ростовщичеством, которое было выгодно для Запада, так как он давал "взаймы" неперспективные, отработанные технологии, продукты перепроизводства, денежные средства, сохраняя за собой определенный контроль за их использованием. А получить собирался и долг, и набежавшие проценты валютой и сырьем. К тому же, когда за столом переговоров сидят два лидера, и один из них - должник, в переговорах уже нет равенства, последний становится более сговорчивым. Нередко валютные долги можно частично вернуть их политическими эквивалентами.

Крупные стратегические ошибки, допущенные румынским руководством в национальной экономике в начале 70-х годов, когда будущее казалось светлым и безоблачным, всей стране пришлось искупать в 80-е ценой огромных народных жертв. Запад сыграл с Румынией злую шутку, посулив ей неясные, но заманчивые перспективы интеграции страны в мировую экономику.

Румыния после прихода к власти Чаушеску взяла курс на закупку дорогостоящих проектов по строительству гигантов химических, металлургических, нефтеперерабатывающих производств, оборудования в США, Франции, Италии и ФРГ. Румыния стала развивать торговые отношения более чем со 150 странами, а к 1987 г. вышла на 12-е место в мире по годовому объему торговли. В структуре румынского экспорта, выросшего с 1967 по 1987 год более чем в 9,6 раза, стали преобладать изделия с высокой степенью обработки (62 % всего экспорта) . Чаушеску рассудил со многих точек зрения правильно: экспортировать выгодно только готовый продукт. "Сырьевой" же путь ведет к неуклонному обнищанию собственной экономики и к росту колониальной зависимости. Он хотел превратить Румынию в некий перевалочный пункт между Западом и Востоком, ориентированный на переработку восточного сырья.

Роковым для Румынии стал 1972 год, когда Международный банк реконструкции и развития открыл для нее крупный источник получения долгосрочных кредитов. Обнадеженный гарантиями, Чаушеску строил, без оглядки брал кредиты и займы у Запада, традиционный экспорт нефтепродуктов (12-14 млн. тонн ежегодно) позволял Румынии тогда покрывать выплаты по этим долгам. Как ему казалось, он наконец-то нашел свою независимую нишу в системе Запад-Восток. Страна из традиционно аграрной на глазах превращалась в индустриальную, объем промышленной продукции вырос более чем в 6 раз по сравнению с 60-ми годами, а с 1944-м - в 100 раз. Процесс этот, как известно из мировой практики, очень тяжелый, требующий значительных капиталовложений, вернуть которые в скором времени мало кому удавалось.

"Подвел" и энергетический кризис середины 70-х годов, и резкий взлет цен на нефть, которые Румыния стала закупать в больших количествах для реализации амбициозных планов Чаушеску. Добывая ежегодно 10-11 млн. т нефти, Румыния стала закупать почти вдвое больше. При этом объемы перерабатывающейся в стране нефти быстро возрастали (с 22,6 млн. т в 1982 г. до 30,6 млн. т в 1989 г.) как в целях расширения экспорта нефтепродуктов за рубеж, так и для нужд нефтехимии - планы ее форсированного развития, лишенные реальной основы, разрабатывались под руководством "академика" Елены Чаушеску.

До 1979 г. кондукэтора выручала поддержка иранского шаха, который преподнес Чаушеску поистине бесценный подарок в виде бартерного соглашения на иранскую нефть по твердым ценам. Низвержение шаха привело к коренному пересмотру иранского договора. С 1979 года Румынии пришлось расплачиваться за нефть валютой по мировым ценам, а заводы, построенные на банковские кредиты, были весьма энергоемкими предприятиями. Один алюминиевый комплекс в Слатине потреблял столько же энергии, сколько весь Бухарест.

В погоне за индустриализацией совершенно не принимались в расчет энергетические затраты, между тем себестоимость продукции некоторых румынских предприятий была в 3-4 раза дороже западных аналогов. Все это не имело особого значения, пока мировые цены на нефть были низкими, но с резким скачком цен румынская промышленность оказалась в тяжелом состоянии.

Только к концу 70-х годов румынское руководство осознало, что попало в экономическую ловушку: страны Запада вовсе не нуждались в продукции огромных мощностей румынских заводов-гигантов, как не нуждаются они в готовом продукте или даже в полусырье. "Независимая" политика привела к тому, что СССР вместе с другими соседями Румынии по восточному блоку не мог использовать эти мощности, так как они изначально не были интегрированы в экономику СЭВ, да и бартерный "валютный" рубль СЭВ не принимался западными банками. СРР бросилась в страны третьего мира, но они оказались бедны и не способны заключать сделки в таких объемах, хотя и нуждались в румынской продукции.

Румынию уверенно ставил на колени преуспевающий Запад. Перед страной встала жестокая альтернатива: плыть по течению все возрастающей задолженности, или превратить 23-миллионную страну в одного большого донора. Был выбран второй путь, а для этого Румынии было необходимо ежегодно обеспечивать позитивное сальдо торгового баланса в размере 2 млрд. долл., в связи с чем внутренний рынок начисто лишался тех товаров, которые можно было экспортировать, в частности продовольственных. Одновременно с этим резко сокращался импорт с Запада, за счет которого вплоть до 1981 года в большей мере обеспечивалась нормальная работа и модернизация промышленных предприятий. Круг замыкался.

Вот некоторые цифры этого бега против течения: 1980 г. - долг 11 млрд. долларов; 1981-й - 10,1; 1985-й - 7; 1986-й - 6,4.. Но Запад не мог позволить Румынии выйти из долговой ямы. По кредитам, предоставленным СРР после 1980 года, сальдо ее задолженности Международному банку реконструкции и развития в 1987 г. увеличилось на 50 % (около 250 млн. долларов) . Это явилось следствием того, что изменения валютных курсов были применены только в отношении должников, а также следствием валютных махинаций со стороны МБРР. Западные страны выравнивали и утрясали свои финансовые отношения за счет восточных соседей, но самое главное пытались всеми силами удержать последних в процентном ярме своих кредитов. В результате увеличения задолженности Румынии МББР "по валютному риску" она понесла значительные финансовые потери, выплачивая большие денежные взносы и процентные ставки. В двух словах, нужно было не только сохранить взятый темп выплаты, но и увеличить его к возросшим процентам, а для этого приходилось искать новые внутренние возможности, ломать уже действующую модель. 11 млрд. долларов изначального долга в итоге вылились для Румынии в 21 миллиард! Но разве можно в долларовом исчислении оценить те жертвы, которые понес румынский народ, количество голодных стариков и неродившихся детей?!

В середине 1980-х годов мировая демократическая пресса много писала о нехватке продовольственных продуктов в СРР, об экономических санкциях в отношении румынского продовольственного экспорта. Гуманный Запад, поборник прав человека, мог без особого труда, учитывая катастрофическое положение в стране, "смягчить" условия выплаты долгов, но не сделал этого!

Чаушеску ни к кому не шел на поклон - ни к СССР, первые признаки политической вялости и экономического распада которого он почувствовал еще в начале 80-х (а для него это было очевидным предостережением того, что могло ожидать Румынию) , ни к Западу - наблюдая, как многие из его бывших партнеров по восточному блоку влезают в экономическую зависимость от последнего. Румынскую экономику того периода можно охарактеризовать как безоглядное- не считаясь ни с чем, ни с какими жертвами стремление к полной независимости страны от любого влияния. Путь к независимости лежал через выплату внешнего долга.

Экономия на всем, даже жизненно необходимом, была возведена в ранг государственной политики. Согласно официальным инструкциям, в квартире разрешалось зажечь только одну лампочку мощностью 15 ватт, использование холодильников и других бытовых электроприборов зимой категорически запрещалось, равно как и употребление газа для обогрева жилых помещений. Нарушения выявлялись созданной с этой целью "экономической полицией" и карались штрафами, а затем и отключением газа и электроэнергии. Горячая вода в квартиры практически не подавалась, а телевидение работало 2-3 часа в сутки. Потребление электроэнергии на душу населения в Румынии было тогда самым низким в Европе.

Страна была вынуждена сесть на голодный паек. Вновь были введены продовольственные карточки, отмененные в 1954 г., и разработана "программа научного питания". Потребление мяса сократилось с 45 кг на душу в 1980 г. до 37,2 в 1988 году. С начала 80-х годов в Бухаресте стали все чаще появляться истощенные и босые крестьяне, а крестьянские дети, выбегая к проходящим поездам, просили хлеба.

На внутренний рынок поступало всего около 14,6 % готовых текстильных изделий, 11,6 % обуви, 6,3 % бензина, производившихся в стране. В последние годы правления Николае Чаушеску каждодневную пищу людей в основном составляли хлеб, сладкий перец и брынза. Кусок мяса тогда был роскошью, а лучшим подарком считался маленький кулечек с натуральными кофейными зернами. Особенно тяжелыми были зимы, когда людям приходилось жить в домах при температуре в 10-12 градусов. Конечно, первыми не выдерживали старики... В некоторых особо неблагополучных уездах страны новорожденных младенцев регистрировали лишь в возрасте шести месяцев, тем самым скрывая от мировой общественности истинные цифры детской смертности, вызванной недоеданием и отсутствием лекарств.

Румыния не брезговала ничем. Она была единственной страной восточного блока, которая превратила эмиграцию в доходное дело. Чаушеску рассуждал просто и ясно: тот, кто родился, вырос, получил бесплатное образование и медицинское обслуживание в одной стране, не может просто так поменять ее на другую, не расплатившись по всем счетам. За каждого немца, покидающего Румынию, ФРГ вносила на румынские внешние счета по 5 тысяч западногерманских марок, а еврейские общины Запада были вынуждены платить адекватную сумму в американских долларах за каждую "голову". При этом отъезжающий обязывался по румынским законам сдать свое имущество - ценности, машину, дом - специальной государственной оценочной комиссии. Такая "работорговля", вызывавшая крайнее раздражение в цивилизованном мире, давала в казну государства определенный стабильный приход в СКВ, который также шел в уплату западного долга.

Мы можем самыми мрачными красками живописать "золотую эпоху" Чаушеску, ненавидеть и презирать этого человека, сравнивать его с Гитлером, Сталиным, с кем угодно, но мы не можем не признать исторический факт: страна стала единственным в мире государством, выплатившим долги. И - соответственно - получившим возможность свободно распоряжаться всей поступающей от внешней торговли валютой. 12 апреля 1989 года на Пленуме ЦК РКП Николае Чаушеску торжественно заявил всему миру о полной выплате Румынией внешней задолженности.

Страница 1 из 4

предыдущая 1  2  3  4  следующая

Поиск репетиторов

Выберите предмет